Купрум - о здоровье простым языком

Зачем тестировать лекарства на себе? Отвечают добровольцы

24 февраля

Двадцать тысяч за две ночи в больнице — столько могут получить участники клинических испытаний лекарств. Мы поговорили с Настей и Лизой — биологами, которые так зарабатывали во время учебы.

Плохо запоминается, что за препараты

Настя: В клинических испытаниях я участвовала дважды с разницей в два года — это все, что я помню. В обоих проверяли, как препарат-дженерик всасывается по сравнению с уже известным. Фаза длится месяц, но сам участник тратит четыре дня. В моем случае было так: госпитализация вечером, следующий день в стационаре. После второй ночи утром или вечером уже пора домой. Спустя две недели это повторяется точно так же, и все.

Лиза: Я участвовала в исследованиях раз шесть, но они были разнообразнее. Были антибиотики, раствор витаминов и аминокислот для восстановления после травм, препарат от высокого давления и антиретровирусный. Длительность зависит от дизайна исследования. Пару раз было, как у Насти. В другом случае после первой госпитализации надо было неделю приходить сдавать кровь, в третьем совсем просто: один день отлежать и один раз сдать анализы. В объявлениях я видела исследования гормональных противозачаточных, которые продолжались полгода.

Все исследования мы нашли в сообществах во «ВКонтакте». Это не что-то тайное или незаконное: медицинские центры, которые организовывают испытания, так набирают участников. У них есть лицензии, сертификаты, протоколы. Есть группы, где энтузиасты собирают информацию с разных мест, но пока там откликнешься, в сообществе медцентра уже все разберут — слоты очень быстро уходят.

Видишь пост — занимаешь место

Лиза: Сначала нужно записаться в группе. Если успел, то из медицинского центра звонят и приглашают на скрининг. Обычно зовут больше людей, чем реально нужно для исследования. Многие приходят в пять утра, за три часа до начала, потому что, если прийти поздно, места может не хватить.

Настя: На скрининге проверяют по всем параметрам, которые нужны для исследования: возраст, вес, давление, концентрация веществ в крови, показатели сердца. На этом этапе многих отсеивают, потому что они не подходят.

Пока участники сидят в очереди на скрининг, они получают документы на подпись. Там подробно описано, что за препарат, аналогом какого лекарства он является, какое у него фармакологическое действие. Конечно, перечислены возможные побочные эффекты. В договоре есть пункт, что в случае побочек у человека претензий нет. А на случай смерти есть страховка. Времени, чтобы прочитать и загуглить непонятные моменты, много — все три часа ожидания. Дальше в одном из кабинетов человек отдает подписанный договор, а врач еще раз уточняет, все ли он понял и все ли прочитал.

Если все ок, с человеком снова связываются и приглашают на госпитализацию. В больнице схема примерно одинаковая. Вечером приезжаешь с вещами, ложишься в стационар. Свою еду брать нельзя, чтобы она не повлияла на показатели крови. Помню, как-то исследование было на первом этаже, там люди заказали пиццу через окно. Но так делать нельзя, и потом испытания проводили на этажах выше.

Утром в день испытания всех собирают в коридоре. Закрывают комнаты, туалеты, убирают кулеры — так обеспечивают одинаковые условия для испытуемых. В строго фиксированное время человеку дают препарат. И он начинает сдавать кровь. Сначала каждые пятнадцать минут, потом каждые полчаса, каждый час, четыре часа и шесть часов. Часа через четыре после начала снова можно пить, есть, спать. Главное — в свое время приходить на кроводачу. Вот так проходит день. На следующее утро просыпаешься, делаешь анализ еще раз и уходишь домой.

Каникулы и легкие деньги

Настя: Мы участвовали в клинических испытаниях, потому что за это платили. Если не соглашаться на все подряд и внимательно читать описание препарата, то это классное времяпрепровождение. В середине семестра ложишься в стационар на два дня. Перед госпитализацией проводят бесплатный чекап всего организма. Да, дважды в день берут кровь и капельница торчит. Но в остальное время ты отдыхаешь, хорошо кушаешь, смотришь сериалы или делаешь что-то по учебе. А потом еще деньги получаешь.

Лиза: Как-то мне предлагали нейролептики на первой фазе исследования, когда даже безопасность неизвестна, за сто пятьдесят тысяч рублей. Исследование длинное, а препарат опасный — вот почему такая цена. Много, но оно того точно не стоит. Выше этой суммы я не видела.

Средняя цена на изученных препаратах и коротких исследованиях — около двадцати тысяч рублей. У меня варьировалось от шести до двадцати пяти тысяч, у Насти — от десяти до восемнадцати тысяч рублей.

Есть люди, для которых участие в испытаниях — основной заработок. Но это сложно. В договорах обычно прописано, что нельзя проходить исследования чаще, чем раз в три месяца, потому что предыдущие препараты могут оказать отложенное действие. В Санкт-Петербурге три-четыре медцентра, которые принимают участников. Они не обмениваются базами, поэтому человек может раз в месяц ходить в один из центров. Но тогда он должен быть каждый месяц здоров как огурчик, потому что скрининги очень строгие.

Каждое исследование пара участников в обмороке валяется

Лиза: У меня побочных эффектов ни разу не было. Либо они были настолько отсроченными, что я их не связывала с исследованиями. Очень важно аккуратно выбирать препараты. Мы выбирали только испытания на биоэквивалентность. То есть насколько дженерик подобен оригинальному лекарству по степени и скорости всасывания и выведения, времени достижения максимальной концентрации в крови, распределения в тканях. На этой стадии побочные эффекты фиксируют просто для статистики, но не изучают их. Это было сделано раньше.

Знакомые, которые испытывали нейролептики на первых фазах, рассказывали, что они и в обморок падали, и замутненное сознание было. Там оплата выше, но препарат жестче.

Вообще, каждое исследование один-два человека сползают по стеночке. Потому что приходишь с утра на голодный желудок, рано встал, чувствуешь себя не в форме, а тебе еще что-то запихивают в вену и анализы каждые полчаса берут. Это абсолютно нормальная ситуация, когда у одного кружится голова, а другой падает в обморок.

Настя: У меня тоже не было побочных эффектов, но я была в группе с женщиной, которую сняли с исследования из-за них. Они не были угрожающими жизни, но ей все равно запретили участвовать и отправили лечиться.

Обычно участники ходят с катетерами весь день, чтобы было удобно забрать кровь. Но знакомые участвовали в исследованиях разжижающих препаратов, и им нельзя было использовать катетеры, поэтому каждый раз вену протыкали заново. Там многие падали в обморок, особенно в начале испытаний, когда частые заборы.

Ну что одна таблетка со мной сделает?

Настя: В первый раз было страшно, я шла туда и думала: «Боже, что происходит? Что я делаю?» Потом я прочитала договор, увидела, что препарат безопасный, побочки адекватные. Сразу появились здравые мысли, что препарат уже изучен, он работает, а на исследовании просто будут смотреть, как он всасывается в кровь. Это успокоило, и я спокойно пошла.

Сейчас я переехала из Петербурга, и больше испытаниями не интересуюсь. Появилась работа, а время и желание это повторить исчезли.

Лиза: Я теперь учусь в Южной Корее, и с моей стипендией так зарабатывать просто не нужно. Насчет долгосрочных эффектов я вообще не парюсь. Не думаю, что одна таблетка со мной что-то сделает. Опять же, мы внимательно выбирали препараты: не нейролептики, не гормоны. Многие для профилактики пьют такие горсти витаминов, что одна таблетка для них просто ничто.

Комментарии (0)